АФИША КЛУБЫ ДЖАЗМЕНЫ МУЗЫКА НОВОСТИ СТИЛИ АЛЬБОМЫ ФОТО

Майя Азуцена. Танец между жанров

Участники: Maya Azucena

Она боец и чувствительная натура. Она чернокожая певица и гражданин мира. Она поет джаз и поп и относит себя к андеграунду… Майя Азуцена рассказывает свою историю журналисту Евгению Коноплеву в большом интервью для проекта JazzMap.ru.

Российская аудитория знает вас как джазовую певицу. Вероятно, потому что выступаете вы на ведущих российских джазовых площадках? Готовясь к интервью, я с удивлением обнаружил, что ваша музыка намного шире, чем джаз…

В России это джаз, потому что артисты, с которыми я выступаю – Олег Бутман и Наталья Бутман – выдающиеся джазовые музыканты. И наша совместная работа – это джаз. Но моя группа в США – не джазовая.

Но вряд ли кто-то скажет, что джаз – это не ваше…

Потому что джаз я петь умею – настоящий, а не стилизацию, как у некоторых… История джаза, его суть – когда он только зарождался – состояла в том, чтобы вышагивать за границы. Взять что-то известное до тебя и сделать по-своему. Дух джаза, свобода и импровизация… в этом смысле я конечно же живу в традициях джаза.

И кажется, вы первая американка, живущая в традициях джаза, в биографии которой я не увидел строки типа: «Петь начала в церковном хоре, еще будучи ребенком»…

Я пришла в христианство и пришла к вере, когда мне было 16… Но да, в церкви я не росла, и в религиозной семье не жила. Вопросы души и духа для меня важны очень, они – в моей музыке и в моих текстах. Но духовность не была чем-то, к чему меня приучали в детстве.

Петь я начала в четыре года. От души, потому что очень это любила. И относилась к этому очень серьезно для детского возраста – устраивала настоящие концерты для родителей или для соседских детей… Когда мне исполнилось 10-12, я уже решила, что это будет моей профессией, но думала  скорее о будущем актрисы. Сцена, музыка, танец – в моем понимании все это были грани одной профессии. Я поступила в La Guardia – знаменитую школу искусств в Нью-Йорке. Но даже тогда я все еще думала, что буду актрисой. В школе искусств я решила учиться оперному пению, потому что мне казалось – что пение было моим слабым местом, и собиралась работать над этим, подрабатывая актерским делом вне школы.

И лишь когда я уже заканчивала учебу, со мной случилось своего рода откровение, некое духовное событие. Я четко ощутила, что пение – это мое призвание, причина моего существования в мире. Музыка – мой дар. Мой способ помогать людям.

И так появилась певица Майя Азуцена?...

 Я собрала свою группу… в Нью-Йорке, 10 лет назад это было. Мы старались играть, сколько только сможем. Я начала писать собственные песни вместе с гитаристом Кристианом Ван Халленом. Но сначала мы не решались исполнять наши собственные вещи, поэтому выступали в каких-то крошечных местах типа книжных магазинов с мини-сценой… Слушатели нас приняли. И с тех пор и с момента создания моей группы я занималась только этим делом, и постепенно меня стали узнавать и признавать. И сейчас Майя Азуцена – это уже имя профессиональной певицы.

Какая история стоит за вашей фамилией? Азуцена - звучит оригинально и загадочно…

Это не фамилия. Это мое второе имя – так меня назвали родители. Они много лет думали о ребенке, но безуспешно. Однажды на праздники они отправились в Мексику – на руины цивилизации Майя. А когда вернулись, мама пошла к доктору – сдать какие-то очередные анализы. Доктор сказал, что это уже не требуется, так как мама уже была беременна. Впечатленные такими новостями, и все еще впечатленные мексиканской поездкой, они решили назвать меня Майя… А папа был тогда журналистом, музыкальным критиком, и много писал об артистах из Латинской Америки. Имя Азуцена они увидели в одной из газет… так звали артистку из Аргентины – Азуцена Маиши. Видимо, они решили: «Какое красивое имя! Будет звучать так красиво вместе с именем Майя…» И вот так мои родители, которые не были музыкантами и не знали, что я стану певицей, – выбрали для меня имя певицы.

Через много лет я вычитала, что Азуцена – это еще и название лилии, используемой в религиозных обрядах, – ее аромат отгоняет злых духов. И это такой сильный образ!.. Потому что для меня это и есть суть музыки. Она такая нежная и красивая, но в ней и такая сила – сила пробиваться сквозь тьму. И я чувствую, что мое имя – это я. Что я все больше становлюсь им…

Другая удивительная вещь, которую я узнала позже, это история той певицы – Мазуцены Маиши. Это тоже уникальная история. Она опередила свое время, будучи женщиной певицей танго – до нее такого просто не было. Она делала историю. И ее часто отвергали… Но при этом ее любили.

Чувствую, куда идет разговор – о борьбе и о том, чтобы пробиваться сквозь тьму. Читал, готовясь к интервью, какое место в вашей жизни занимает активизм – гражданская активность…

Да, я этим известна. Борьба и бесстрашие – одна из тем моей жизни.

Я по-настоящему хочу помогать людям. Я поняла, что музыка – мой дар, и что я могу использовать этот дар для помощи другим. Я как-то сказала: «Я пою так, как будто от этого зависит чья-то жизнь»… Много людей страдает, многим больно, многие чувствуют себя потерянными, многие лишены права голоса. А я – со своим голосом и со своей музыкой – хочу воодушевить этих людей, напомнить о том, что у них есть силы меняться и менять мир.

В этом смысле моя история – это своего рода социальный эксперимент. Я исколесила весь мир. Но где бы я ни пела – хоть перед королевской семье в Лесото, хоть перед заключенными в ньюйоркской тюрьме – одни и те же песни одинаково отзываются в людях и одинаково пробуждают их, возвращают им чувство жизни.

Музыка – как целительное средство? Мой любимый Бобби МакФеррин один свой альбом даже назвал «Лечебная музыка…»

Во время моего последнего приезда в Россию, одна пожилая женщина и ее дочь подошли ко мне. Дочь говорила по-английски, переводя слова матери, которая держала меня за руку. Дочь рассказывала, что ее маме стало легче на сердце. То есть, буквально – в медицинском смысле: у ее мамы было больное сердце. И тут они обе расплакались, и потом мы все начали обниматься… Музыка может исцелять. Это непостижимая сила, для которой нет границ и преград… Она напоминает нам о нашей человеческой природе… О нашей душе…

Вот это и есть настоящая причина для того, чтобы петь. Вот почему мне безразличны конкурсы типа American Idol или «Голос». Я пою не для того, чтобы с кем-то соревноваться. Вы бы предложили Шадэ отправиться на American Idol? (смеется)

Раз уж мы заговорили об активизме и борьбе за права, затрону одну непростую тему. Весь ваш видеоряд – видео, фото, на сцене, в соцсетях, на Ютубе – не скрывает вашей идентичности, того, что вы принадлежите к афроамериканской культуре. При этом я совершенно не слышу, чтобы это как-то подчеркивалось в вашей музыке. Почему?

Я родилась в мультикультурной семье. Мой отец – белый американец с голубыми глазами, его линия – Шотландия, Ирландия, Англия. Моя мама – афроамериканка с корнями, уходящими на Ямайку и к индейцам Чероки. Так что, с самого начала это был синтез (mixture of things). И история всей моей жизни – это синтез. Не люблю, когда меня заставляют выбирать один определенный звук или один определенный стиль… Мне нравится комбинировать – в этом сила. Поэтому у меня столько международных проектов. Для меня – дух музыки намного важнее ее стиля. Например, мы работаем с Gibonni – известным рок-музыкантом из Хорватии, по стилю его можно сравнить с Питером Гэбриэлом или Стингом… это очень отличается от моего стиля. Но мы думаем о музыке схожим образом. И поэтому, когда наши голоса складываются – получается взрыв… Но никто не мог и представить, что эти два голоса могли бы звучать вместе. Люди из продюсерских кругов все время говорят: «Классно! Но мы не знаем, что с этим делать. Это и туда не подходит, и сюда не подходит…»

Артисты, чей опыт меня вдохновляет, – такие как Шадэ или Стинг – из какой они категории? Они вне категорий, выше категорий. Они танцуют между жанров. Это то, что делал Принц – он и поп-певец, и рок-звезда, он пел и госпел, и джаз… Он смешал это все вместе и создал бренд который больше, чем какие-то рамки и категории… Мысль, что ты должен быть в рамках какой-то одной категории, меня просто угнетает.

Да, моя личная история – это история черной женщины, которая росла в Бруклине – это есть в моем голосе и в моей музыке. Но однажды я работала с мастерами классической музыкальной культуры Индии – и теперь и этот звук тоже есть в моем репертуаре. По всему миру я знакомлюсь с глубокими и умными людьми. И когда я пишу песни, я стараюсь все это отражать в моей музыке, а не стараюсь попасть в какой-то формат. Я думаю о том, чтобы представлять голоса, звучащие честно, по-настоящему…

Когда я была ребенком, мне случалось чувствовать себя беззащитной, мне бывало некомфортно, порою я ненавидела себя. Я ощущала, что меня не принимают. Если бы только цвет моей кожи был потемнее, я бы легко стала своей… Но я всегда выделялась. Когда в моей жизни начался духовный период, одна из первых вещей, сказанных мне Богом, была: «Ты не можешь ненавидеть созданное Мною. И значит ты не можешь ненавидеть себя». Так начался мой путь к принятию себя. И принимая себя, я приняла, что я не белая, и не черная, я не то, и не это... Я – Майя.

И Майя, похоже, очень многогранная и разносторонняя. Готовясь к этому интервью, я сначала посмотрел одно из ваших наиболее популярных видео на Ютубе – Junkyard Jewel – записанное десять лет назад, где робкая нежная девушка поет романтическую песню… И сразу после этого открыл самое свежее видео, где молодая женщина с розовыми дредами буквально кричит со сцены в зал… Что случилось с той нежной девочкой? Она все еще здесь?

На этом видео я исполняю песню Killing in the Name («Убивая во имя…»). Я пою с группой, исполняющей музыку протеста. На самом деле, это тяжелый металл, но исполненный духовым оркестром. Проект называется Brass Against («Духовые против»)… Идея была в том, чтобы взять песни Black Sabbath, Audio Slave и Rage Against the Machine и исполнить их в современной интерпретации. Текст этой песни – о сопротивлении истеблишменту и институтам, подавляющим человека. Гнев, который я испытываю и выражаю в этой песне, имеет отношение и к истории моих предков… всех людей этого мира, лишенных прав, лишенных своей истории, лишенных своей земли… Это касается всех людей, которых политики вычеркивают из жизни, делают невидимыми… Гнев, который я ощущаю по этому поводу, отражается в исполнении этой песни. Мое ожесточение… Трудно не испытывать его, когда ты видишь, что делается в Америке – особенно когда мы как страна имеем смелость называть себя мировым авторитетом в вопросах свободы…

Я продолжаю писать свои песни и свою музыку. И я продолжаю познавать новые грани самой себя. Боец и воин – одна из них.

Но, наверное, весьма непросто примирить борьбу и социальный активизм с музыкальной индустрией? Подозреваю, что это глобальный тренд – когда певиц приглашают выступать на корпоративах у олигархов или на праздниках у шейхов? С вашим подходом к музыке, черта, через которую вы не переступите ни за какие деньги, вероятно, лежит на порядок ближе?

 Я представляю людей. Есть что-то, что я представляю, и что я отстаиваю. Я здесь ради чего-то существенного, чего-то глубокого. И то, что я создам и что я оставлю, должно что-то значить и через 30, и через 40, и через 50 лет… Срубить денег и прославиться, спев один дешевый шлягер? Люди забудут тебя через десять лет... или даже быстрее. Я хочу оставить наследие (legacy). Я хочу оставить что-то, что через 10, 20, 50 лет люди будут слушать, и оно будет все так же трогать их сердца и заставлять их ощущать: «Вот! Вот почему я живу! Вот, за что я борюсь! Вот зачем…»

И если я все это продам, все это разбазарю… Если я потеряю уважение, то я потеряю все, что создавала, во что вкладывалась все эти годы… Конечно, я хотела бы заработать миллион долларов, но я хочу сделать это правильно. Я не хочу делать то, что делаю, потому что кто-то мне заплатил… заплатил, чтобы я продавала свою душу.

Я никогда не старалась встраиваться в индустрию развлечений. И в конце концов, думается мне, что это было мудро, потому что музыкальная индустрия находится сейчас не в лучшей своей точке.

Но вы же предпринимаете какие-то шаги и действия, чтобы ваша музыка находила своего слушателя? Чтобы вы становились узнаваемой не только в профессиональном музыкальном сообществе?

Я всю свою жизнь была профессиональной певицей. Концерты – моя работа. И очевидно, что какие-то вещи – административная работа, какие-то творческие процессы, бухгалтерские и менеджерские дела – без команды это просто мучение. В прошлом году я начала работать с командой, которая меня очень радует. Мой менеджер Reyhan Yalhi  со своей компанией Ry Management – живет в Стамбуле. Я очень ценю то, что она делает, и вся наша команда работает над тем, чтобы наша музыка нашла своего слушателя и нашла его понимание.  

Буквально на днях – 10 мая – на студии Bahcekat Productions вышла моя новая песня Prettiest – она о внутренней красоте девушки и женщины, о женской силе. Я вижу позитивную реакцию на эту песню и очень вдохновлена этим.

_____________________

Music is my superpower

She is a warrior but a sensitive person, she is a black woman but she is a world citizen, she is jazz and pop but she is underground… She is Maya Azucena and she tells her story in this big interview for JazzMap.ru

Russian audience knows you as a jazz singer. May be, because you give concerts in the best Russian jazz clubs? But preparing to this interview I realized that your music is much wider than jazz…

In Russia it’s jazz, because the artists who play with me – Oleg Butman and Natalia Butman – they're great jazz musicians. And our collaboration is the jazz trio. My band in the USA – they are not jazz guys.

But I guess you were never blamed that you’re not from the jazz world, weren’t you?

No, because I sing jazz for real! I don't fake it, like some people…

The spirit of jazz, the history of jazz – when it was initially created – it was about breaking the boundaries of self-expression. It was about being able to take something that everyone knows and to make it your own. The spirit of jazz, and the freedom to improvise and to be in the moment – musically… In that sense I live within the spirit of jazz, for sure.

And I guess you’re the first American jazz singer in whose bio I don’t see the line “…she started to sing in a church choir”. So when and how did you start?

I decided to be Christian and become very spiritual person when I was 16. But no, I did not grow up in the church and wasn’t raised in a religious home… Spirituality is very important to me and it's inside my music and writing. But it wasn’t something that was enforced on me by my family.

I started to sing when I was four years old. I would do that just naturally, because I loved it. But I was taking it very seriously at that young age, making real concerts for my parents or for the kids on my street… When I got 10 or 12 I was already pursuing professional career, but I was thinking about acting as my profession. Being an artist – acting, singing, dancing – in my mind, it was all together. I went to the famous LaGuardia – High School of Performing Arts in New York City. But even then I was pursuing acting career. And in LaGuardia I was studying opera, because I thought that singing was my weak area and I wanted to work on that while I would do the acting outside of the school.

It wasn't until after high school that I had this… sort of epiphany, a spiritual kind of thing. I felt clearly that singing is my calling, my reason why I'm here. My music is my superpower. It's my way to help the world.

And that’s how the singer Maya Azucena was born?..

I started my own band… in New York City, it was more than 10 years ago. And I would try to do as many shows as possible. Then I started to write my own songs with a guitar player Christian Ver Halen – we wrote our songs. First we were nervous to play it, so we performed at some small places like a bookstore with an open mic… But people enjoyed it. And both from that point and from starting my band I was investing in my career and my music… and eventually got acknowledged as a professional singer, with my name known as Maya Azucena.

What’s the story with your surname? Azucena – it soundsvery exotic…

It is not my surname, it's my given name – the name my parents gave to me. They were trying to have a child and were not successful for a few years. One day they went on a holiday to the Mayan ruins in Mexico. When they came back from there, my mother went to the doctor to get some tests. And the doctor said that those tests were not needed because she was pregnant. Amazed with that, and having in mind the Mayan ruins, they decided, that I would be Maya… And my father, who at that time was a journalist, a music critic, he was doing a lot of writing about Latin American arti sts… They saw the name Azucena in a newspaper… the name of a Latin artist from Argentina – Azucena Mayishi. They must have said: “Such a beautiful name!.. It would sound nice together with Maya…” And that was it: my parents, who are not musicians, who did not know that I would become a singer, they chose a name of a singer for me.

Many years later I found out that Azucena also is a lily flower which is used for religious purposes – its aroma is said to ward off evil. And that idea is so powerful… Because to me – that's what music is. Music can appear so delicate and beautiful, but yet it has this power – the power to cut through darkness. And I feel that I am my name, and that I'm becoming my name…

Another amazing thing is that later I looked into the story of this singer – Azucena Mayishi. And I realized that her story is unique. She was a female Tango singer. She was ahead of her time, because before her there was no such thing. She was breaking ground and making history, and she was rejected… but she was loved.

I can see where you go with these thoughts about fighting and cutting through darkness. I’ve read how much time and energy you give to your social activism.

Yes, I am known for that. Being a warrior and being fearless is one of the themes in my life.

I do want to help people. And I discovered that music is my superpower, and that I can use it to help people. I said once: “I sing as though someone's life depends on it”… Lots of people are hurt, they feel pain, they're struggling or they're lost, they don't have a voice in the world. And I – with my voice and with my songs – want to empower people and remind them of their power to affect change.

My career in that respect is like a social experiment. I’ve been all around the world, but no matter if I sing for the king and queen of Lesotho or in prison in New York City, – the same songs reach people and make them feel awake and alive, and make them feel seen.

Taking music as a means to heal? My beloved Bobby McFerrin even named one album “Medicine music”…

Last time I was in Russia, an old woman with her daughter came to me. The daughter spoke English, translating the words of her mother, who held my hands. She said that her mother’s heart felt better. And she meant it. Medically. She had a heart condition. And then they both started crying and we were all hugging each other… Music has the ability to heal… It’s an intangible force that can reach past all the borders and boundaries. It reminds us of our experience as a human, as a soul…

That's the true reason to sing. And that's why I don't care about the shows like American Idol or the Voice. I'm not here to compete with singing. Would you ask Sade to go on American Idol? Seriously? (laughs).

If we’re talking about activism I want to touch one sensitive topic. All your visual images – on stage, in social media, on YouTube – doesn’t mask your identity as a black woman, but I absolutely don’t hear the emphasis on that in your music. Why?

I was born multicultural. My father is white American – he has blue eyes and Scottish-Irish-English bloodline. My mother is black American of Jamaican and Cherokee Indian line. So when I came into this world, I was already a mixture of things. And my whole life story is this mixture. I don't like the pressure to be only one sound or one style… I like the combination – that’s what is powerful. That’s why I have so many international collaborations. For me, the spirit of the music is more important than the style of the music. For example, I work with Gibonni – famous rock star in Croatia, whose style is maybe like Peter Gabriel or Sting… very different from mine, but we think about music the same way. So when you put his voice and mine together – it’s an explosion at works… But no one could imagine putting those two things together… And people who are at music marketing have always said: “I love it! But I don't know what to do with it. It doesn't fit here and doesn't fit there…”

The artists that inspire me – like Sade or Sting – what category are they in? They're above category. They dance between the genres. This is what Prince did – he is pop, and he is rock& roll, and gospel, and jazz… He mixed them all together and created a brand that was greater than the category… The idea that you have to only be one thing really disturbs me.

Yes, my personal history is of a black woman growing up in Brooklyn – that's in my voice and in my music… But I worked once with masters of classical Indian music in India, and now it’s in my repertoire as well. All around the world – from many cultures – I meet people that feel deeply. And when I write songs, I try to represent that in my music, I don't think of fitting into something. I think about representing the voices that are honest.

When I was young girl, there was a time when I felt very insecure and very uncomfortable and I hated myself. I felt like I did not fit in. Like if my skin were more brown, I would easily fit in. But I always stand out. But when I became spiritual, one of the first things that God told me was: “You are not allowed to hate My creation. So you're not allowed to hate yourself”. And it became a journey from there to accept me. And in accepting myself, I accepted that I am not black or white, or this or that… I am Maya.

And Maya really seems to be very fluid and versatile.    Preparing to this talk I watched one of your most popular YouTube videos – “Junkyard Jewel”, recorded 10 years ago, where a sweet tender girl sings a romantic song. And straight after that I watched your most recent video where a young woman with pink dreads shouts from the stage to the audience. What happened to that tender girl? Is she still here?

On that video I'm doing a song called “Killing in the Name”. I was singing with a group that's doing protest music. It's actually heavy metal music played by a horn orchestra. That project is called “Brass Against”… The idea was to take songs by Black Sabbath, Audio Slave and Rage Against the Machine and interpret them for nowadays. The theme of the song lyrics are resisting the establishment and institutions that oppresses the average man. The anger that I feel and express in those songs has to do even with the speaking for my ancestors… all indigenous people in the world that have been stripped of their rights, stripped of their history, stripped of their land… Or the average man who’s been made invisible by the politics… The anger I feel about that is inside my performance. The fierceness that I have… it’s hard not to feel it when you see the things that are done in America – especially when we as a country have the nerve to feel ourselves as an authority on freedom…

I continue to write my own songs and my own music. And in that process I keep discovering other layers of who I am… Warrior – is one of them.

But isn’t it hard to reconcile social activism with music industry? My guess is that it’s a global trend when artists are summoned to the concerts of oligarchs or sheikhs? With your attitude, the line that you wouldn’t cross for money must be much more closer, right?

I represent people. I represent something and I stand for something. I'm here for something deeper. And what I create will mean something in 30 years, 40 years, 50 years… To make money and get famous doing one cheap song?.. People will forget who you are in 10 years or less. But I want to leave a legacy. I want to leave something that in 10, 20, 50 years from now people will listen, and it will still touch them in their heart and they will still feel: “This is why I'm alive! This is why I fight! This is why…”

So if I sell that all, if I give that all away… If I lose the respect, then I lose all that I've invested… Yes, I want to make a million dollars, but I want to do it in the right way. I don't want to do what I do, because someone paid me… paid me to sell my soul.

And I did not try to fit into the entertainment industry. In the end, I think it was smart, because the music industry is really in a bad place now.

But do you make any special steps to bring your music to people? To make yourself recognized wider than only in professional music community?

I do. I always was a full time singer, to do concerts – is my job. And it’s clear that some things – administrative work, artwork, arranging and accounting – it’s a struggle without a team. In the last year, I started working with a team that I feel very good about. My new manager, Reyhan Yalhi (Ry Management) lives in Istanbul. I appreciate her work so much, and our team does a lot so that all my hard work and music can reach people - can be heard and understood… So, I’m looking forward to sharing my new projects with the world. I’m believing it will uplift and bring encouragement to people.

By the way my new song Prettiest just came out on May 10th at Bahcekat Productions. It’s a song that promotes inner beauty and body empowerment for women and girls. It is getting a positive reaction so far, and I’m excited!

 

Афишаджаза


19:00

Шоу La CACHIVACHEria: Танго&Джаз&Рок

Купить билеты
Московский Международный Дом Музыки

20:00

Cigar Hall

Купить билеты
JAM Club Андрея Макаревича

20:00

Стихийный джаз.

Купить билеты
JAM Club Андрея Макаревича

20:00

The Lesson Gk (Usa)

Купить билеты
Клуб Алексея Козлова

20:00

Jazz Jam c Анной Гелюк

Свободный вход
DeFAQto (бар)

20:00

Квартет Алексея Давлетшина

Свободный вход
Эссе (джаз-клуб)

20:00

Layna Shery с программой : Lady in Blues. Спец.гость: Ксения Федулова

Купить билеты
Ритм Блюз Кафе (Rhythm & Blues)

20:00

Blues Party с Андреем Сорокиным

Форте/Forte (клуб-ресторан)

20:00

Jazz & rock'n'roll Jam

Hidden Bar

20:30

PlanckStone

Клуб Алексея Козлова

20:30

Квинтет Евгения Побожего

Купить билеты
Клуб Алексея Козлова

20:30

Blues Gravity

Свободный вход
B.B.King

20:30

Marina Volkova Jazz Band

Клуб Игоря Бутмана на Таганке

20:30

The Jazz Loft

Ритм Блюз Кафе (Rhythm & Blues)

20:30

Олег Киреев с программой Джаз и Кино

Купить билеты
Венеция/ Академ Джаз Клуб


Звёзды джаза