17 декабря в клубе Mezzo Forte пройдет третий ежегодный фестиваль «Африка.Москва»

Где: Mezzo Forte (клуб)

17 декабря в клубе Mezzo Forte пройдет третий ежегодный фестиваль «Африка.Москва» — главное событие года для всех любителей африканской этники. Что интересного увидят и услышат гости фестиваля, читателям Jazzmap рассказывает его организатор Павел «Африканда» Коротков.

Уж не знаю, случайно или со смыслом, но встретиться для интервью Павел предложил в «Шоколаднице». И название, и ароматы кофе и какао придавали особый колорит разговорам о Нигерии и Чаде, растафарианстве и народных корнях джаза. А на улице ждал автомобиль, у которого на 20-градусном морозе затвердела «незамерзающая» жидкость... Но оказалось, что после разговоров об Африке и холод переносится легче, так что, пожалуй, декабрь — правильный месяц для проведения такого фестиваля.

Павел, для начала хотелось бы расспросить об истории фестиваля. Как и когда это все началось?

В таком формате мы проводим мероприятие третий год. Но вообще африканские фестивали существовали и раньше. Нашим прототипом можно назвать фестиваль «АФРО ПЛЮС», и вот когда его идейный вдохновитель — сенегалец Боли Кан, закончивший институт русского языка и литературы имени Пушкина, — уехал в Дакар преподавать там русский язык, меня все стали подталкивать к тому, чтобы я подхватил этот флаг. Опыт продюсирования у меня уже был, но в те годы я со своей группой «Африканда» был только участником таких мероприятий. Мы много мотались по разным этно-фестивалям — от Питера до Самары, а на «АФРО ПЛЮСЕ» два года были хедлайнерами, что  неудивительно: нас было 8-9 человек, музыканты из Сенегала, Кот Дивуара, Конго и Нигерии, певица из Чада... Вообще, приобретенные за годы продюсирования «Африканды» опыт, контакты и статус очень помогают мне теперь работать на новом поприще — продюсером Российского фольклорного союза, на базе которого проходят разные международные фестивали. А Боли Кан, кстати, в этом году на наш фестиваль приедет.

Это если рассказывать историю очень коротко. А если смотреть далеко назад, то можно вспомнить даже  позднесоветский перестроечный клуб «Айленд», хорошо известный московским меломанам и любителям регги. Его организовали тогда московские африканцы — это был такой «хипповник», где на входе стояли огромные чернокожие ребята в малиновых пиджаках и пропускали тебя по спискам, говоря «списка есть», «списка нет»... Потом это все, конечно, смыло новыми временами. Но и тогда, и сейчас вся эта культура во многом живет за счет приезжающих в Москву студентов...

Значит «Африка-Москва-2016» это третий фестиваль в его новой реинкарнации. Где и как прошли первые два? Как сами оцениваете проект — он живет, развивается?

Первый фестиваль собрал около 350 гостей и участников, и продолжалось все шесть часов. Это была скорее даже презентация, а состоялась она на главной джазовой площадке столицы. Дело в том, что арт-директор «Клуба Алексея Козлова» всегда был огромным поклонником Африки, и еще десять лет назад приглашал «Африканду» на тематические африканские пати. Благодаря его поддержке и бесплатно предоставленной площадке первый фестиваль прошел на чистом энтузиазме, благодаря поддержке друзей и поклонников нашей группы.

В 2015 году мы уже собрали в «Фассбиндере» около 500 человек, и круг выступающих тоже расширился — к нам присоединился Герберт Моралес, ярко раскрасивший своим участием самые разные джемы. Тогда же мы подружились и с хором РУДН, он хоть по официальному статусу и студенческий, но очень профессиональный по звучанию, хормейстер этого коллектива — из Намибии, она давно живет в Москве. В «Фассбиндере» они дали нам полчаса абсолютной этники — хоровой африканский вокал.

Проект определенно растет и развивается, сейчас у нас уже конкурс — если в первый год я всем звонил и звал, то теперь люди сами предлагают свое участие, и даже приходится отбирать коллективы.

Ну и еще в этом году чуточку легче, потому что у нас впервые появились спонсоры. Нас поддержали компании Tribus Carduus и «Ястреб-фильм» Сергея Владимировича Ястржембского. Он увлечен Африкой, снимает много фильмов, занимается популяризацией этой темы. Мы познакомились, когда «Африканда» делала сингл для его фильма «Африка: кровь и красота». Благодаря ему и исполнительному директору его компании Ольге Вершининой, у нас в этом году уже есть деньги на новогодние подарки для детской программы.

Что к детской программе вы относитесь не менее серьезно, чем к музыкальному вечеру, видно даже по общей рекламе фестиваля.

Потому что нам хочется, чтобы люди могли поучаствовать в празднике семьями — у нас даже формат обозначен как «3+». Поэтому дневную программу, которая пройдет с 14 до 16 часов мы стараемся наполнить так, чтобы интересно было всем. Кроме африканских музыкантов там будет и мастер-класс по игре на барабанах, который проведет руководитель школы AfroDrum Джага Самба, он родом из Сенегала. Детям мы покажем африканскую сказку «Мумба-юмба Новый год».

В подготовке праздника, кстати, участвуют волонтеры из организации «Такие же дети», большинство из них учится в МГИМО и МГУ, они помогают детям, приехавшим из африканских стран или из стран Ближнего Востока и живущим в России.

В общем, идея еще и в том, чтобы собрать всех вместе, познакомить и дать возможность общения и взаимодействия.

Не сводятся ли такие мероприятия постепенно к формату «для своих»? Когда десяток творческих коллективов раз в год собираются, чтобы показать друг другу новые песни? Вы открыты для тех зрителей, которые придут на фестиваль впервые и вообще не знакомы с африканской культурой?

Ну, конечно, мы — клуб. Странно было бы говорить, что это не так. Африканских групп в России — по пальцам пересчитать, и мы все друг друга знаем. Но это совершенно открытый клуб, и мы рады как появляющимся новым группам, так и зрителю, у которого только появился интерес к этой культуре. К слову, интерес к африканской теме сегодня очень высокий, как мне кажется. Даже в плане музыки бывают самые разные запросы — кто-то хочет просто поучиться играть на барабане-джембе, а какие-то коллективы начинают двигаться глубже и уже не просто шумят и барабанят, а начинают изучать корни этой музыки и культуру. Тема-то бездонная и невероятно интересная...

А откуда вообще у людей такой интерес к африканской культуре?

Африканцы невероятно органичны, сила их обаяния и драйва в том, что они черпают их в природе. Вспомните выступления традиционных госпел-хоров, в какое состояние они впадают. Для них ведь это не просто музыка, в ней проявляется какой-то мистериальный смысл... Это то, чего не встретишь на рок-концертах, там есть, конечно, своя мистерия, но другой природы. Даже у джазовых исполнителей это редко случается, если это только не те певцы, что пришли на сцену из церковных хоров...

Ну, раз уж мы заговорили о мистериальных и духовных моментах, напрашивается вопрос, как нынче живется африканской этнике в меняющихся российских условиях, когда не являющийся традиционным взгляд на сферу духовных переживаний может непредсказуемо ранить чьи-то религиозные чувства?

Африканская музыкальная тусовка не настолько многочисленна: десяток групп и пара сотен их фанатов. Люди живут согласно своим интересам и не ставят себе целью кого-то задеть или ранить. С другой стороны, что интересно, возьмите любой музыкальный фестиваль — у него есть режиссура, драматургия. Посмотрите на несколько подобных событий, и вы увидите, что африканскую музыку всегда ставят в самое пиковое время, фестивали Питера Габриэла — яркий тому пример. И вот эти моменты — они как ценные алмазы. И моя задача как организатора фестиваля — все эти драгоценные камни собрать в одном месте. Потому что Африка притягивает, притягивает много интересных людей. И это касается не только музыки...

За время разговора вы уже несколько раз по касательной затрагивали джазовый мир. На Ваш взгляд, как с ним соотносится африканская этника?

Мы, по большому счету, занимаемся фольклором. А джаз — это фольклор, поживший в Новом Орлеане и слившийся с европейской музыкальной гармонией. Мы в этом смысле сохраняем ту музыку, которая была прообразом джаза.

Наверняка и у Чарли Паркера, и у Эллы Фицжеральд, и у Луи Армстронга были бабушки-дедушки, которые участвовали во всех этих народных обрядах, из которых потом выросла их музыка.

Самое главное, что притягивает публику к джазу — это свободное состояние как музыкантов на сцене, так и зрителей в зале. Джаз — это музыка свободы. И я думаю, что это в джазе как раз от африканской культуры.

Возвращаясь от вопросов философских к вопросам организационным, расскажите, что именно ждет зрителей, которые решат провести вечер 17 декабря в клубе Mezzo Forte?

Первый час вечера будет посвящен памяти Николая Сосновского — гениального и уникального человека, равного которому в знании африканской темы трудно было бы найти. Мне все еще странно говорить о Коле в прошедшем времени, мы подружились с ним сразу после начала работы над первым фестивалем, это и его детище тоже, поэтому теперь фестиваль будет носить его имя. Мы презентуем вторую книгу Николая «Культура растафари» — это труд всей его жизни. Кстати, Герберт Моралес считает Николая своим духовным учителем, и первый экземпляр новой книги именно ему презентует Дмитрий Бондаренко, замдиректора Института Африки РАН. Естественно, друзья Николая что-то скажут, планируем, что споет Умка, они очень дружили, небольшой фильм покажем, сейчас его монтируют.

Ну а потом будем традиционно зажигать до двух ночи. Среди выступающих — Джага Самба (Сенегал) и Калю Куятэ (Гвинея) — единственные в России мастера-барабанщики такого высокого уровня. Выступит Группа Salegy, собравшиеся в Москве ребята из Мадагаскара, по-моему, это самая древняя, так сказать, в России группа африканцев — ей около 20 лет. Они передадут эстафету коллективу Zava Matotra — эта молодежь играет «афро-бит» 60-70-х годов, делают такой фьюжн, дополняя его кое-где своими композициями, но в целом остаются в рамках той музыкальной эпохи. Потом выступит группа Kimbata — тоже коллектив с большой историей, в основном они играют музыку Конго. Будет уже знакомый нашим фанатам хор из Намибии, но с новой программой. Будет и несколько сюрпризов: например, марокканский дуэт Los Morenos и московское трио Trikita — это новый проект Александра Остапенко, Андрея Богданова и Константина Шведова — все трое признанные мастера-перкуссионисты и руководители барабанных школ Sun Drums, Drum train и Haza Muna.

Что-то еще хотите сказать зрителями и фанатам?

Только слова благодарности. Мы видим, как после первых фестивалей многие подключились и поддерживают нас; сейчас в подготовке и реализации проекта участвует около восьмидесяти людей, искренне влюбленных в эту идею.

Не хочется говорить банальности, но не спросить Вас о дальнейших творческих планах я просто не могу.

Постараюсь ответить оригинально. Я уверен, что мы будем расти — будет у нас больше и ярких музыкальных коллективов, и зрителей. Давайте скажу, каким я вижу венец нашего развития. Это гала-концерт в Зеленом театре, это двухдневный фестиваль на территории всего ВДНХ, это делегации от множества африканских стран, это Юссу Н'Дур, или Омар Пене, или Футумата в качестве хэдлайнеров... Вот, чего мы хотим добиться. Мы двигаемся к этому уровню маленькими шажками, но рано или поздно мы к этому придем.

Беседовал Евгений КОНОПЛЕВ

Фотографии — со страницы «В Контакте» фестиваля «Москва.Африка», 2014-2015 гг.